Это интересно
Что вы можете сделать для дельфинов в Тайдзи? Не посещайте места, где эксплуатируют плененных дельфинов. На них делают деньги..


Лучшее в аудио


Лучшее в видео


Поддержите их


Sea Shepherd - международная некоммерческая организация по защите диких морских обитателей и водной экосистемы нашей планеты. Организует протестные акции против резни китов и дельфинов в Дании и Японии.
Материальная помощь




Ric O’Barry’s Dolphin Project - организация, основанная Риком О Бари, бывшим тренером дельфинов, которая стремится остановить убийства дельфинов и их эксплуатацию по всему миру. Их работа отражена в таких фильмах как «Бухта», A Fall From Freedom и мини-серии Blood Dolphin$ на Animal Planet.
Материальная помощь




Oceanic Preservation Society (OPS) - команда энтузиастов, преданных делу защиты китов и дельфинов по всему миру. Их работа поражает и вдохновляет. Создатели фильма «Бухта», рекомендуемого всем к просмотру.
Материальная помощь



 
Узнать » Исследования » Киты - самые харизматичные виды морских обитателей

Киты - самые харизматичные виды морских обитателей



 

В 2015 году при грантовой поддержке Русского географического общества группа учёных под руководством доктора биологических наук, старшего научного сотрудника Камчатского филиала Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения РАН Александра Бурдина проводит ряд уникальных для России исследований крупных усатых китообразных, для того чтобы выявить и описать критические места обитания редких видов – горбатого, серого, финала, японского гладкого и других – в акватории западной части Берингова моря (восточное побережье Камчатки) и Командорских островов.

 

Александр Михайлович Бурдин – доктор биологических наук, старший научный сотрудник Камчатского филиала Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения РАН. Член группы по китообразным МСОП (IUCN). Изучает морских млекопитающих на Дальнем Востоке с 1979 года. С 1995 года по настоящее время руководит проектом по изучению западной популяции серых китов у о. Сахалин. С 1999 года является организатором и содиректором Дальневосточного проекта по косатке (FEROP). С 2004 года является координатором от России в международном проекте по изучению горбатых китов в Северной Пацифике (проект SPLASH).

 

– Кто занимается в России изучением китов?

– Как это ни парадоксально, в России изучением крупных китов (за исключением серого кита у побережья Сахалина) многие годы никто не занимается. И только в Камчатском филиале Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения РАН совместно с Московским и Санкт-Петербургским университетами осуществляется ряд проектов по крупным китообразным. Берега России омывает столько морей, но нет ни одной специализированной лаборатории, ни финансируемых государством долгосрочных проектов по изучению китообразных. Поэтому начиная с 1995 года мы работаем только на собственном энтузиазме и за счёт каких-то небольших зарубежных грантов. То, что РГО сделало для нас, начав финансирование наших проектов, – это очень серьёзный вклад в исследования крупных китов в российских водах. Мы впервые получили грантовую поддержку у нас в стране.

 

Горбатый кит, о. Беринга, 2005 г. Фото: Александр Бурдин

В России необходимо иметь хотя бы одну специализированную лабораторию, которая бы занималась изучением китообразных. Это была бы огромная поддержка и огромный престиж для науки, потому что киты – это самые харизматичные морские обитатели, интерес к изучению и охране которых необычайно широк во всем мире. Огромные, интересные животные! Тем более что сейчас в океане происходят важные процессы: растёт численность большинства видов китообразных, что связано с прекращением китобойный промысла, но в то же время усиливаются и конкурентные отношения между человеком и морским млекопитающими, увеличивается антропогенная нагрузка на морской шельф. Всё это требует серьёзного изучения.

 

– Что такое критические места обитания для китов?

– Крупные усатые киты в наших водах постоянно не живут. Размножаются они в тёплых субтропических водах, а у нас, в холодных российских морях (очень продуктивных, кстати!), они нагуливаются, то есть здесь проходит период их активного питания и здесь они проводят большую часть времени. В арктических и дальневосточных наших водах есть всё, что нужно китам для питания – рыба, планктон, – в отличие от бедных южных морей, где тепло, но питаться нечем.

 

Хвост горбача, Карагинский залив, 2005 г. Фото: Александр Бурдин

Критические места обитания – это те участки обитания китов, которые могут быть подвержены какому-то риску со стороны различных факторов. Конечно, сейчас основной фактор, который влияет на океанские экосистемы, – это человек и его деятельность.

Во-первых, интенсивное рыболовство. Например, на Камчатке однажды был такой сильный перелов сельди, что ей с трудом удалось восстановиться, а поддерживать её популяцию очень важно, поскольку горбатые киты, питаются не только планктоном, но и рыбой, и селёдка – один из важнейших объектов питания. Здесь возникает конкуренция с человеком.

Во-вторых, нефтедобыча на морском шельфе и необходимая для оконтуривания месторождений сейсморазведка. При проведении сейсморазведки пневматические пушки стреляют в воде, и по отражённому звуку можно определить, что залегает под морским дном. Но гидравлический выстрел порождает жуткий шум, который убивает всё живое. Там, где происходит гидравлический удар, практически полностью исчезают планктон и рыба, то есть возникает мёртвая зона. Соответственно, это очень беспокоит китов, плохо на них влияет, поскольку животные должны нагуливаться, а люди их постоянно пугают, и они вынуждены уходить из этих районов.

 

Горбатый кит, о. Беринга, 2012 г. Фото: Александр Бурдин

Ни для кого не секрет, что современная активность человека нарушает естественное состояние океана. Пока, к счастью, вызываемые человеком в океане изменения обратимы. Но где гарантия, что по мере накопления они не станут необратимыми?

Наша задача сейчас, с одной стороны, выявить районы, где происходит концентрация китов, а с другой – определить, какие негативные факторы могут влиять на них в этих районах, и найти компромиссные решения, для того чтобы и китам, и человеку было хорошо. Ведь понятно, что нефтедобычу и рыболовство невозможно отменить, но надо пытаться регулировать эти процессы и искать компромисс.

 

– То есть в результате ваших исследований вы планируете составить некие рекомендации?

– В конечном итоге, да. Это наша сверхзадача.

 

Косатки, о. Беринга, 2012 г. Фото: Александр Бурдин

 

– Сколько человек входит в вашу исследовательскую группу? 

– В этом году исследованиями будет заниматься группа из шести человек. В неё входят и молодые учёные – наши бывшие аспиранты, студенты. Например, сейчас на острове Беринга работает группа, которой руководит сотрудник МГУ, доктор биологических наук Ольга Филатова.

 

– Будут ли участвовать студенты в ваших исследованиях?

– Да! Они у нас уже работают – например, в проекте по изучению косаток. В основном это студенты из Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова, есть ребята из Санкт-Петербургского государственного университета, Вятской сельскохозяйственной академии.

Вообще все те, кто работает в наших проектах, начинали ещё студентами. Ведь мы занимаемся изучением китов уже много лет. Так, за серыми китами на Сахалине мы наблюдаем уже 20 лет, 15 лет исполняется проекту по изучению косатки. За это время многие наши студенты стали кандидатами и докторами наук.

 

Голова горбатого кита, о. Беринга, 2012 г. Фото: Александр Бурдин

 

– Когда стартуют исследования 2015 года?

– Первый этап уже начался. На Командорских островах у западного побережья острова Беринга работает наша группа. Ребята выходят в море на катере, который мы арендуем, фотографируют китов. Фотоидентификация – основной наш инструмент.

 

– Как вы отличаете китов? По хвостовым плавникам?

– У горбачей мы фотографируем хвосты и спины, у косаток – седловидное пятно и форму плавника. На самом деле, мы изучаем всех, кто нам попадается на пути – это и горбачи, и северный плавун, и кашалоты, и косатки, и, естественно, другие мелкие китообразные – дельфины, морские свиньи.

 

Горбатые киты, Карагинский залив, 2005 г. Фото: Александр Бурдин

 

– Куда направитесь после Командорских островов?

– В начале августа у нас планируется рейс в рамках основной работы по гранту. Сначала мы заберём группу исследователей с Командорских островов, а оттуда пойдём на север и спустимся вниз вдоль восточного побережья Камчатки.

Там мы будем работать в районе острова Карагинский. Это зона, где происходит активное рыболовство. Но это также и нагульное место, где активно питаются горбатые киты и другие виды – финвалы, косатки.

Таким образом, мы сможем сопоставить две зоны. Командоры – заповедник, где рыболовство запрещено, и Карагинский залив, где вмешательство человека заметно для подводных обитателей. Мы проанализируем, как чувствуют себя киты на этих двух участках, сравним численность и прочее.

 

Горбатые киты, Карагинский залив, 2005 г. Фото: Александр Бурдин

 

– На этом исследования "в полях" закончатся?

– В этом году – да, но это лишь первый этап исследований, которые стали возможны благодаря РГО.

После трёх месяцев "полевых работ" (с июня по август) мы обработаем полученные материалы и начнём готовить статьи, а также атлас распределения крупных китов в Камчатском регионе. 

 

– Что войдёт в этот атлас?

– В атлас войдёт подробная карта, на которой будут обозначены места, где мы видели животных. На этой карте будут представлены все виды встреченных нами китообразных. Мы сопоставим распределение китообразных и виды хозяйственной активности человека, чтобы было видно, где распространено рыболовство, в каком районе развито судоходство, и так далее.

Если нас будут поддерживать и дальше, то мы хотели бы поэтапно провести исследования во всех дальневосточных морях: в Охотском море у западной Камчатки и магаданского побережья, а также у беринговоморского побережья Чукотки и, по возможности, в Чукотском море.

 

– Будет ли ещё какой-нибудь наглядный результат, помимо атласа?

– Мы планируем взять с собой оператора, чтобы сделать проморолик о нашей работе, которой кроме нас никто больше не занимается. Я думаю, что и широкой публике это будет очень интересно, ведь мы работаем непосредственно с китами. Порой на маленькой лодке подходим очень близко к животному, фотографируем его, берём пробы кожи для генетических исследований. Для взятия проб мы стреляем из арбалета и стрелой высекаем маленький кусочек кожи кита. Для учёных этот кусочек кожи – ценнейший материал для изучения китообразных.

 

– Китам не больно?

– Нет! Это для него всё равно что укус комара. Кит весит десятки тонн. А мы берём у него менее чем полграмма кожи. Они ощущают только лёгкий шлепок от наших стрел.  

 

– Во время исследований киты не нападают на людей?

– Такого с нами не случалось! Мы стараемся не рисковать, да и киты – не агрессивны. Самка с детёнышем старается избегать встреч с человеком – ныряет, уходит поглубже. Их, наоборот, догнать бывает проблема!

 

Серый кит, Халактырский пляж, восточная Камчатка, 2005 г. Фото: Александр Бурдин



Просмотров: 772




Комментарии:



 
   
2010-2017 © Delphinidae.ru | Хостинг от uCoz | Вход
При копировании материала активная ссылка на Delphinidae.ru обязательна!